05 апреля 2026
Лекарственное обеспечение
в Израиле
Часть 2
Мы закончили на том, что страховые компании изо всех сил стараются сэкономить. Как?
Например, у Фортео есть 2 израильских дженерика, и выбить у страховой для пациента оригинальный препарат невозможно. Даже эти дженерики сложно выписать (т.к. они тоже недешевые). Можно получить одобрение только в нескольких случаях:
С ней тоже все непросто.
Первой линией Минздрав назначил пероральные бисфосфонаты. А только потом можно выписать Пролию (если речь не идёт об особенно тяжёлом остеопорозе с множественными переломами). При этом всегда можно написать, что у пациента тяжёлая изжога на фоне алендроната, и он его не переносит, поэтому просим Пролиа. Но страховая компания (как и врач), видит факт покупки препарата в аптеке. Не купив пероральный бисфосфонат ранее в аптеке, нельзя ссылаться на побочный эффект.
Об Эвенити (Ромосозумаб) я вообще молчу. Я получила не менее 20 или 30 отказов. Но все ж таки вырвала из рук судьбы для трех "особенных" пациентов. Только для 3х (!!!):
1) Мужчина с Т-криткрием минус 5. В анамнезе - перелом таза (давно), перелом шейки бедра (прооперирован в США), и сейчас перелом ребра (он получал какое-то лечение, но не убедительное).
2) Женщина 77 л с тремя раками- меланома (давно), почка и лёгкое (персистируют). Когда-то у неё были множественные костные метастазы, она длительно принимала Эксдживо и развила остеонекроз челюсти. Сейчас у неё есть небольшая компрессия позвонка. Антирезорбтивная терапия противопоказана из-за ОНЧ, Терипаратид - из-за костных метастазов. Полгода переписки с отделом одобрения, и она получила разрешение на Ромосозумаб. Хотя, я уже потеряла надежду.
3) Третья пациентка - с очередным, третьим, перелом на фоне лечения Акластой. Несколько лет назад она прошла двухлетний курс терипаратида. Я использовала такое показание, как "новый перелом на фоне существующего лечения".
Теперь про гипопаратиреоз. Тут сплошной цинизм. На этом поле я пока не выиграла ни одного матча. У меня есть пациенты с тяжелым и рефрактерным течением. Они регулярно госпитализируются из-за судорог. несмотря на лошадиные дозы кальция и витаминов Д.
Мои запросы на Фортео отклонялись на протяжении года под тем предлогом, что у Фортео нет показания "гипопаратиреоз". А когда на рынок вышел Йорвипат, они хитро прописали Фортео как первую линию терапии. А Йорвипат - только как вторая линия (при неэффективности Фортео). Я вне себя.
Надо сказать, что несмотря на все издержки, существующая схема лекарственного обеспечения все таки намного более гуманная по отношению к пациентам, чем было в моей прежней практике.
Как минимум, диабетики получаю лечение Оземпиком и SGLT-2, а не препаратами сульфанилмочевины. Хотя и тут есть ограничения. Например, Оземпик одобрят только при ИМТ более 27 и НвА1с более 7.5%. Иначе - только Трулисити. SGLT-2 можно получить тоже только при определённых условиях - либо высокий НвА1с, либо микроальбуминурия. При отсутствии поражения почек и НвА1с 6.9% никакого Джардинса не видать как своих ушей.
Но в целом, все эти ограничения носят, как правило, разумный характер. Нет в них (кроме Йорвипата) откровенной дури или иезуитства.
Кроме того, существует прекрасный способ расширять горизонт возможностей с помощью "золотых" и "платиновых" страховок. Например, при стандартной страховке Мунжаро стоит 1600 шекелей в месяц (полная цена), а с продвинутой страховкой - 600 шекелей. А при наличии частной страховки и письма от врача, можно купить за свой счёт и получить возврат порядка 90% стоимости. И я такие письма регулярно строчу.
Самый "уникальный" опыт, с которым я знакома - это моя пациентка с адренокортикальным диссеминированным раком. Выполнить радикально операцию было невозможно, т.к. последний метастаз застрял между аортой и единственной оставшейся почкой, в месте, куда было не добраться. От химиотерапии проку особо не было. Онкологи решились на иммунотерапию в комбинации с митотаном. Такой опыт есть в Канаде, но официально иммунотерапия для АКР не одобрена. У пациентки была частная страховка. И благодаря письмам от онколога плюс приложенные к нему научные статьи на эту тему, ей была одобрена пожизненно Кейтруда 1 раз в месяц за счёт страховой компании. В общем, вся жизнь - борьба.
Самое сложное для меня
1) держать в голове все эти условия одобрения, т.к. их очень много, для каждого препарата они свои, и условия тоже регулярно пересматриваются.
2) некоторые пациенты, получившие отказ, предпочитают поскандалить со мной. Мол, какого черта, я из-за ваших дурацких назначений уже год не могу получить лечения :((
Так и живём. Адекватность нынче в дефиците.
Например, у Фортео есть 2 израильских дженерика, и выбить у страховой для пациента оригинальный препарат невозможно. Даже эти дженерики сложно выписать (т.к. они тоже недешевые). Можно получить одобрение только в нескольких случаях:
- остеонекроз челюсти,
- атипичный перелом бедра на фоне злоупотребления бисфосфонатами
- и перелом позвонка.
С ней тоже все непросто.
Первой линией Минздрав назначил пероральные бисфосфонаты. А только потом можно выписать Пролию (если речь не идёт об особенно тяжёлом остеопорозе с множественными переломами). При этом всегда можно написать, что у пациента тяжёлая изжога на фоне алендроната, и он его не переносит, поэтому просим Пролиа. Но страховая компания (как и врач), видит факт покупки препарата в аптеке. Не купив пероральный бисфосфонат ранее в аптеке, нельзя ссылаться на побочный эффект.
Об Эвенити (Ромосозумаб) я вообще молчу. Я получила не менее 20 или 30 отказов. Но все ж таки вырвала из рук судьбы для трех "особенных" пациентов. Только для 3х (!!!):
1) Мужчина с Т-криткрием минус 5. В анамнезе - перелом таза (давно), перелом шейки бедра (прооперирован в США), и сейчас перелом ребра (он получал какое-то лечение, но не убедительное).
2) Женщина 77 л с тремя раками- меланома (давно), почка и лёгкое (персистируют). Когда-то у неё были множественные костные метастазы, она длительно принимала Эксдживо и развила остеонекроз челюсти. Сейчас у неё есть небольшая компрессия позвонка. Антирезорбтивная терапия противопоказана из-за ОНЧ, Терипаратид - из-за костных метастазов. Полгода переписки с отделом одобрения, и она получила разрешение на Ромосозумаб. Хотя, я уже потеряла надежду.
3) Третья пациентка - с очередным, третьим, перелом на фоне лечения Акластой. Несколько лет назад она прошла двухлетний курс терипаратида. Я использовала такое показание, как "новый перелом на фоне существующего лечения".
Теперь про гипопаратиреоз. Тут сплошной цинизм. На этом поле я пока не выиграла ни одного матча. У меня есть пациенты с тяжелым и рефрактерным течением. Они регулярно госпитализируются из-за судорог. несмотря на лошадиные дозы кальция и витаминов Д.
Мои запросы на Фортео отклонялись на протяжении года под тем предлогом, что у Фортео нет показания "гипопаратиреоз". А когда на рынок вышел Йорвипат, они хитро прописали Фортео как первую линию терапии. А Йорвипат - только как вторая линия (при неэффективности Фортео). Я вне себя.
Надо сказать, что несмотря на все издержки, существующая схема лекарственного обеспечения все таки намного более гуманная по отношению к пациентам, чем было в моей прежней практике.
Как минимум, диабетики получаю лечение Оземпиком и SGLT-2, а не препаратами сульфанилмочевины. Хотя и тут есть ограничения. Например, Оземпик одобрят только при ИМТ более 27 и НвА1с более 7.5%. Иначе - только Трулисити. SGLT-2 можно получить тоже только при определённых условиях - либо высокий НвА1с, либо микроальбуминурия. При отсутствии поражения почек и НвА1с 6.9% никакого Джардинса не видать как своих ушей.
Но в целом, все эти ограничения носят, как правило, разумный характер. Нет в них (кроме Йорвипата) откровенной дури или иезуитства.
Кроме того, существует прекрасный способ расширять горизонт возможностей с помощью "золотых" и "платиновых" страховок. Например, при стандартной страховке Мунжаро стоит 1600 шекелей в месяц (полная цена), а с продвинутой страховкой - 600 шекелей. А при наличии частной страховки и письма от врача, можно купить за свой счёт и получить возврат порядка 90% стоимости. И я такие письма регулярно строчу.
Самый "уникальный" опыт, с которым я знакома - это моя пациентка с адренокортикальным диссеминированным раком. Выполнить радикально операцию было невозможно, т.к. последний метастаз застрял между аортой и единственной оставшейся почкой, в месте, куда было не добраться. От химиотерапии проку особо не было. Онкологи решились на иммунотерапию в комбинации с митотаном. Такой опыт есть в Канаде, но официально иммунотерапия для АКР не одобрена. У пациентки была частная страховка. И благодаря письмам от онколога плюс приложенные к нему научные статьи на эту тему, ей была одобрена пожизненно Кейтруда 1 раз в месяц за счёт страховой компании. В общем, вся жизнь - борьба.
Самое сложное для меня
1) держать в голове все эти условия одобрения, т.к. их очень много, для каждого препарата они свои, и условия тоже регулярно пересматриваются.
2) некоторые пациенты, получившие отказ, предпочитают поскандалить со мной. Мол, какого черта, я из-за ваших дурацких назначений уже год не могу получить лечения :((
Так и живём. Адекватность нынче в дефиците.
Распределение средств страховых компаний на лечение заболеваний:
- 37% бюджета идёт на онкологию,
- 15% на гематоонкологию,
- 9% на кардиологию,
- 7% на диабет,
- 7% на эндокринологию,
- 6% на гематологию,
- 5% на заболевания легких